О том, что содержится в Новом Законе

Статья 1:

Должен ли Новый Закон предписывать или запрещать какие-либо внешние действия?

Возражение 1. Казалось бы, Новый Закон не должен предписывать или запрещать какие-либо внешние действия. Ибо Новый Закон есть Евангелие Царствия, согласно Мф. 24:14: «И проповедано будет Евангелие Царствия по всей вселенной». Но Царствие Божие заключается не во внешних, а только во внутренних действиях, согласно Лк. 17:21: «Царство Божие внутрь вас есть»; и Рим. 14:17: «Царство Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе». Следовательно, Новый Закон не должен предписывать или запрещать какие-либо внешние действия.

Возражение 2. Далее, Новый Закон — это «закон Духа» (Рим. 8:2). Но «где Дух Господень, там свобода» (2 Кор. 3:17). Однако нет никакой свободы, когда человек обязан совершать или избегать определённых внешних действий. Следовательно, Новый Закон не предписывает и не запрещает никаких внешних действий.

Возражение 3. Далее, все внешние действия понимаются как относящиеся к руке, подобно тому, как внутренние действия принадлежат уму. Но в этом и заключается различие между Новым и Ветхим Законами: «Ветхий Закон сдерживает руку, тогда как Новый Закон сдерживает волю». Следовательно, Новый Закон не должен содержать запретов и повелений, касающихся внешних действий, а только внутренних.

Напротив, через Новый Закон люди становятся «детьми света», потому и написано (Ин. 12:36): «Веруйте во свет, да будете детьми света». Теперь же детям света надлежит творить дела света и отвергать дела тьмы, согласно Еф. 5:8: «Вы были некогда тьма, а теперь свет в Господе; поступайте… как дети света». Поэтому Новый Закон должен был запретить одни внешние действия и предписать другие.

Отвечаю, что, как уже было сказано выше (106, 1, 2), Новый Закон заключается главным образом в благодати Святого Духа, которая проявляется через веру, действующую любовью. Люди становятся приёмниками этой благодати через Сына Божьего, вочеловечившегося, благодать Которого сначала наполнила Его человечность, а затем излилась на нас. Поэтому написано (Ин. 1:14): «Слово стало плотью», а затем: «полное благодати и истины»; и далее: «От полноты Его все мы приняли, и благодать на благодать». Поэтому добавлено, что «благодать и истина произошли чрез Иисуса Христа». Следовательно , благодать, исходящая от воплощённого Слова, должна была передаваться нам через определённые внешние чувственные объекты; и что из этой внутренней благодати, посредством которой плоть подчиняется Духу, должны были следовать определённые внешние дела.

Соответственно, внешние действия могут иметь двоякую связь с благодатью. Во-первых, как некое ведущее к благодати. Таковы таинства, установленные Новым Законом, например , Крещение, Евхаристия и тому подобное.

Во-вторых, существуют внешние действия, проистекающие из побуждений благодати: и здесь мы должны отметить различие. Ибо есть некоторые из них, которые обязательно согласуются или противоречат внутренней благодати, заключающейся в вере, действующей любовью. Такие внешние действия предписываются или запрещаются в Новом Законе; так, исповедание веры предписывается, а отречение от веры запрещается, ибо написано (Мф. 10:32,33): «Всякого, кто исповедает Меня пред людьми, исповедаю и Я пред Отцом Моим... А кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь и Я пред Отцом Моим». С другой стороны, есть дела, которые не обязательно противоречат вере, действующей любовью, или соответствуют ей. Такие дела не предписываются и не запрещаются в Новом Законе в силу его изначального установления; но Законодатель, то есть Христос, оставил их на усмотрение каждого человека. И поэтому каждый волен решать, что ему делать, а чего избегать; и каждому начальнику – руководить своими подчиненными в вопросах, касающихся того, что им следует делать или избегать. Поэтому и в этом отношении Евангелие называется «законом свободы» [ср. ответ на возражение 2: поскольку Ветхий Закон определял многие вопросы и лишь немногие оставлял человеку возможность решать по своему усмотрению].

Ответ на возражение 1. Царство Божие состоит главным образом из внутренних действий: но, следовательно, всё , что существенно для внутренних действий, также принадлежит Царству Божьему. Таким образом, если Царство Божие – это внутренняя праведность, мир и духовная радость, то все внешние действия, несовместимые с праведностью, миром и духовной радостью, противоречат Царству Божьему и, следовательно, должны быть запрещены в Евангелии Царствия. С другой стороны, то, что безразлично по отношению к вышесказанному, например, употребление той или иной пищи, не относится к Царству Божьему; поэтому Апостол говорит перед процитированными словами: «Царство Божие не пища и питие».

Ответ на возражение 2. Согласно Философу (Метаф. 1 , 2), то, что «свободно, есть причина самого себя». Следовательно, действует свободно тот, кто действует по собственной воле. Человек же делает по собственной воле то, что делает, по привычке, соответствующей его природе, ибо привычка склоняет человека как вторая натура. Однако, если привычка противна природе, человек будет действовать не по своей природе, а по некоему пороку, влияющему на эту природу. Поскольку благодать Святого Духа подобна внутренней привычке, дарованной нам и склоняющей нас к праведным поступкам, она побуждает нас свободно делать то, что подобает благодати, и избегать того, что ей противно.

Соответственно, Новый Закон назван законом свободы в двух отношениях. Во-первых, потому что он не обязывает нас совершать или избегать определённых действий, за исключением тех, которые сами по себе необходимы или противоречат спасению и подпадают под предписание или запрет закона. Во-вторых, потому что он также обязывает нас свободно соблюдать эти предписания и запреты, поскольку мы делаем это по внушению благодати. Именно по этим двум причинам Новый Закон назван «законом совершенной свободы» (Иакова 1:25).

Ответ на возражение 3. Новый Закон, удерживая разум от беспорядочных движений, должен также удерживать руку от беспорядочных действий, которые вытекают из внутренних движений.

Статья 2:

Содержит ли Новый Закон достаточные указания относительно внешних действий?

Возражение 1. По-видимому, Новый Закон недостаточно предписывал внешние действия. Ведь вера, действующая через милосердие, по-видимому, относится главным образом к Новому Закону, согласно Посланию к Галатам 5:6: «Во Христе Иисусе не имеет силы ни обрезание, ни необрезание, но вера, действующая через милосердие». Однако Новый Закон ясно провозгласил некоторые положения веры, которые не были ясно изложены в Ветхом Законе, например, веру в Троицу. Следовательно, он должен был также добавить некоторые внешние нравственные действия, которые не были зафиксированы в Ветхом Законе.

Возражение 2. Далее, в Ветхом Законе были установлены не только таинства, но и некоторые священные вещи, как указано выше (101, 4; 102, 4). Но в Новом Законе, хотя некоторые таинства установлены Господом нашим, например, относящиеся к освящению храма или сосудов, или к празднованию какого-либо праздника, Новый Закон, следовательно, установил недостаточно постановлений относительно внешних вопросов.

Возражение 3. Далее, в Ветхом Законе, подобно тому, как существовали определённые обряды, касающиеся служителей Божьих, существовали также определённые обряды, касающиеся людей: как было сказано выше, когда мы рассматривали обряды Ветхого Закона (101, 4; 102, 6). В Новом Законе, по-видимому, определённые обряды были предписаны служителям Божьим, как можно заключить из Мф. 10:9: «Не берите с собой ни золота, ни серебра, ни денег в поясах ваших», а также из других вещей, упомянутых здесь и в Лк. 9, 10. Следовательно, определённые обряды, касающиеся верующих, также должны были быть установлены в Новом Законе.

Возражение 4. Далее, в Ветхом Законе, помимо моральных и обрядовых предписаний, были определённые судебные предписания. В Новом же Законе судебных предписаний нет. Следовательно, Новый Закон содержал недостаточно предписаний относительно внешних дел.

Напротив, Господь наш сказал (Мф. 7:24): «Всякий… слушающий слова Мои сии и исполняющий их, уподобится мужу благоразумному, который построил дом свой на камне». Но мудрый строитель не упускает ничего необходимого для строительства. Поэтому слова Христа содержат всё необходимое для спасения человека.

Отвечаю, что, как указано выше (1), Новый Закон должен был установить только те предписания или запреты, которые необходимы для получения или правильного использования благодати. И поскольку мы не можем сами по себе получить благодать, но только через Христа, поэтому Христос Сам установил таинства, посредством которых мы обретаем благодать: а именно: Крещение, Евхаристию, Рукоположение служителей Нового Закона, установленное апостолами и семьюдесятью двумя учениками, Покаяние и нерасторжимый Брак. Он обещал Миропомазание через ниспослание Святого Духа; и мы читаем, что по Его установлению апостолы исцеляли больных, помазывая их елеем (Мк. 6:13). Это таинства Нового Закона.

Правильное использование благодати осуществляется посредством дел милосердия. Эти дела, поскольку они существенны для добродетели, относятся к моральным предписаниям, которые также составляли часть Ветхого Закона. Следовательно, в этом отношении Новый Закон ничего не мог добавить относительно внешних действий. Определение этих дел в их отношении к богослужению принадлежит к церемониальным предписаниям Закона; а в отношении к ближнему – к судебным предписаниям, как указано выше (99, 4). И поэтому, поскольку эти определения сами по себе не обязательно связаны с внутренней благодатью, в которой заключается Закон, они не подпадают под предписание Нового Закона, но предоставлены на усмотрение человека; одни относятся к низшим – например, когда предписание дается отдельному человеку; другие, относящиеся к высшим, мирским или духовным, имея в виду, в частности, общее благо.

Соответственно, Новый Закон не имел никаких других внешних дел, которые можно было бы определять, предписывая или запрещая, за исключением таинств и тех моральных предписаний, которые имеют необходимую связь с добродетелью, например, что нельзя убивать, красть и т. д.

Ответ на возражение 1. Вопросы веры выше человеческого разума, и поэтому мы не можем достичь их иначе, как благодатью. Следовательно, когда благодать стала дароваться более обильно, результатом стало увеличение числа явных пунктов веры. С другой стороны, именно человеческий разум направляет нас к делам добродетели, ибо он является правилом человеческого действия, как указано выше (19, 3; 63, 2). Поэтому в таких вопросах не было необходимости давать какие-либо предписания, кроме нравственных предписаний Закона, которые исходят из веления разума.

Ответ на возражение 2. В таинствах Нового Закона даруется благодать, которую невозможно получить иначе, как через Христа: следовательно, они должны были быть установлены Им. Но в священных деяниях благодать не дается, например, при освящении храма, алтаря и т. п., или, опять же, при совершении праздников. Поэтому Господь наш предоставил установление таких деяний на усмотрение верующих, поскольку они сами по себе не имеют необходимой связи с внутренней благодатью.

Ответ на возражение 3. Наш Господь дал апостолам эти предписания не как обрядовые обряды, а как нравственные установления: и их можно понимать двояко. Во-первых, следуя Августину (De Consensu Evang. 30), как не повеления, а разрешения. Ибо Он позволил им отправляться проповедовать без сумы и палки и так далее, поскольку они были уполномочены принимать средства к существованию от тех, кому проповедовали; поэтому Он продолжает: «Ибо трудящийся достоин платы своей». И это не грех, а скорее превышение долга для проповедника – брать с собой средства к существованию, не принимая помощи от тех, кому он проповедует, как это делал Павел (1 Кор. 9:4 и далее).

Во-вторых, согласно толкованию других святых мужей, их можно рассматривать как временные повеления, возложенные на апостолов на время их послания на проповедь в Иудее до Страстей Христовых. Ибо ученики, будучи ещё малыми детьми, находящимися под опекой Христа, нуждались в некоторых особых повелениях от Христа, подобных тем, которые все подданные получают от своих начальников; и особенно потому, что они должны были постепенно привыкать отказываться от мирских забот, чтобы стать пригодными для проповеди Евангелия по всему миру. Не следует также удивляться, если Он установил определённые фиксированные образы жизни, пока существовало состояние Ветхого Закона и народ ещё не достиг совершенной свободы Духа. Эти установления Он отменил незадолго до Своих Страстей, как будто ученики благодаря им стали достаточно практиковаться. Поэтому Он сказал (Лк. 22:35,36): «Когда Я посылал вас без мешка, без сумы и без обуви, имели ли вы в чём-нибудь нужду? Они же сказали: ни в чём. Тогда Он сказал им: но теперь, имеющий мешок, возьми его, также и суму». Потому что время совершенной свободы уже приблизилось, когда они будут предоставлены полностью своему собственному суждению в вопросах, не обязательно связанных с добродетелью.

Ответ на возражение 4. Судебные предписания также не являются существенными для добродетели в отношении какого-либо конкретного определения, а лишь в отношении общего понятия справедливости. Следовательно, Господь наш оставил судебные предписания на усмотрение тех, кто должен был нести духовную или мирскую ответственность за других. Что же касается судебных предписаний Ветхого Закона, то некоторые из них Он разъяснил, поскольку фарисеи их неправильно понимали, как мы скажем позже (3, ad 2).

Статья 3:

Достаточно ли Новый Закон направлял человека в отношении внутренних действий?

Возражение 1. Кажется, Новый Закон недостаточно направлял человека в отношении внутренних действий. Ведь десять заповедей Декалога направляют человека к Богу и ближнему. Но Господь наш частично исполнил лишь три из них: запрет на убийство, прелюбодеяние и клятвопреступление. Поэтому , по-видимому, Он недостаточно направлял человека, не исполняя остальные заповеди.

Возражение 2. Далее, что касается судебных предписаний, то Господь наш не установил в Евангелии ничего, кроме правил развода с женой, наказания возмездием и преследования врагов. Но есть много других судебных предписаний Ветхого Закона, как указано выше (104, 4; 105). Следовательно, в этом отношении Он недостаточно руководил человеческой жизнью.

Возражение 3. Далее, в Ветхом Законе, помимо моральных и юридических, существовали обрядовые предписания, относительно которых Господь наш не установил никаких постановлений. Следовательно , по-видимому, Он установил их недостаточно.

Возражение 4. Далее, чтобы ум был внутренне благорасположен, человек не должен совершать никаких добрых дел ради какой бы то ни было временной выгоды. Но есть много других временных благ, помимо благосклонности человеческой, и есть много других добрых дел, помимо поста, милостыни и молитвы. Поэтому Господь наш неподобающим образом учил, что только в отношении этих трёх дел, и ни в каком другом земном благе, мы должны избегать славы человеческой благосклонности.

Возражение 5. Далее, забота о необходимых средствах к существованию заложена в человеке от природы, и эту заботу разделяют с человеком даже другие животные, потому и написано (Прит. 6:6, 8): «Пойди к муравью, ленивец, и посмотри на действия его… летом добывает себе хлеб свой, собирает во время жатвы пищу свою». Но всякое повеление, отданное против естественного желания, есть повеление несправедливое, ибо оно противоречит закону природы. Поэтому , по-видимому, Господь наш неподобающим образом запретил заботиться о пище и одежде.

Возражение 6. Далее, ни один добродетельный поступок не должен быть предметом запрета. Суд же есть акт справедливости, согласно Пс. 17:15: «Доколе правда не обратится в суд». Поэтому представляется, что Господь наш запретил суд неподобающим образом, и, следовательно, Новый Закон недостаточно направлял человека в вопросах внутренних поступков.

Напротив, Августин говорит (De Serm . Dom. in Monte i , 1): Мы должны обратить внимание, что, когда Он сказал: «Слушающий эти Мои слова», Он ясно указал на то, что эта проповедь Господа наполнена всеми заповедями, по которым формируется жизнь христианина.

Отвечаю, что, как явствует из только что процитированных слов Августина, проповедь содержит в себе весь процесс формирования жизни христианина. В ней упорядочиваются внутренние движения человека. Потому что, провозгласив, что его цель — Блаженство, и восславив авторитет апостолов, через которых должно было распространяться учение Евангелия, Он упорядочивает внутренние движения человека, во-первых, по отношению к самому себе, а во-вторых, по отношению к ближнему.

Это Он делает в отношении самого человека двумя способами, соответствующими двум внутренним движениям человека относительно любого предполагаемого действия: волеизъявлению о том, что должно быть сделано, и намерению о цели. Поэтому, во-первых, Он направляет волю человека в отношении различных предписаний Закона, предписывая человеку воздерживаться не только от внешних дел, которые сами по себе злы, но и от внутренних действий, а также от поводов к злым поступкам. Во-вторых, Он направляет намерение человека, уча, что в наших добрых делах мы не должны искать ни человеческой похвалы, ни мирских богатств, то есть собирать сокровища на земле.

Затем Он направляет внутреннее движение человека по отношению к ближнему, запрещая нам, с одной стороны, судить его необдуманно, несправедливо или самонадеянно, а с другой — слишком охотно доверять ему святыни, если он недостоин.

Наконец, Он учит нас, как исполнять учение Евангелия, а именно: молить о помощи Божией, стараться войти тесными вратами совершенной добродетели и остерегаться, чтобы не быть совращёнными злыми влияниями. Более того, Он говорит, что мы должны соблюдать Его заповеди и что недостаточно исповедовать веру, творить чудеса или просто слушать Его слова.

Ответ на возражение 1. Наш Господь объяснил способ исполнения тех предписаний, которые книжники и фарисеи неправильно понимали: и это касалось главным образом предписаний Декалога. Ибо они считали, что запрет прелюбодеяния и убийства охватывает только внешнее действие, а не внутреннее желание. И они придерживались этого мнения об убийстве и прелюбодеянии скорее, чем о воровстве и лжесвидетельстве, потому что движение гнева, ведущее к убийству, и движение желания, ведущее к прелюбодеянию, по-видимому, отчасти присущи нам от природы, но не желание красть или лжесвидетельствовать. Они придерживались ложного мнения о клятвопреступлении, ибо считали, что клятвопреступление действительно грех, но что клятвы сами по себе желательны и должны произноситься часто, поскольку они, по-видимому, исходят из почтения к Богу. Таким образом, Наш Господь показывает, что клятва нежелательна как доброе дело и что лучше говорить без клятв, если только необходимость не вынуждает нас прибегать к ним.

Ответ на возражение 2. Книжники и фарисеи ошибались в отношении судебных предписаний двояко. Во-первых, потому что считали некоторые положения Закона Моисеева, содержащиеся в нём в форме дозволения, правильными сами по себе, а именно: развод с женой и взятие ростовщичества с посторонних. Поэтому Господь запретил мужчине разводиться с женой (Мф. 5:32) и брать ростовщичество (Лк. 6:35), сказав: «Взаймы давайте, не ожидая ничего».

В другом отношении они заблуждались, полагая, что некоторые вещи, которые Ветхий Закон повелел совершать ради справедливости, следует совершать из желания мести, или из жажды временных благ, или из ненависти к врагам; и это в отношении трёх предписаний. Ибо они считали, что желание мести законно из-за предписания о наказании возмездием: тогда как это предписание было дано для того, чтобы можно было защитить справедливость, а не для того, чтобы человек искал мести. Поэтому, чтобы покончить с этим, Наш Господь учит, что человек должен быть готов в своём уме претерпеть ещё больше, если это необходимо. Они считали, что движения жадности законны из-за тех судебных предписаний, которые предписывали возвращение украденного вместе с чем-то добавленным к нему, как указано выше (105, 2, ad 9); тогда как Закон повелевал это делать для того, чтобы защитить справедливость, а не для того, чтобы поощрять жадность. Поэтому Господь учит нас не требовать благ из корысти, а быть готовыми дать ещё больше, если потребуется. Они считали, что движение ненависти законно, в силу заповедей Закона об убийстве врагов, тогда как Закон предписывал это для осуществления справедливости, как сказано выше (105, 3, ad 4), а не для удовлетворения ненависти. Поэтому Господь учит нас любить врагов и быть готовыми делать им добро, если это необходимо. Ибо эти предписания следует воспринимать как обязывающие «разум быть готовым к их исполнению», как говорит Августин (De Serm . Dom. in Monte i , 19).

Ответ на возражение 3. Моральные предписания необходимо сохранили свою силу при Новом Законе, потому что они сами по себе существенны для добродетели: тогда как юридические предписания не обязательно продолжали связывать точно так же, как было установлено Законом: это было предоставлено человеку решать тем или иным образом. Поэтому Наш Господь наставил нас подобающим образом относительно этих двух видов предписаний. С другой стороны, соблюдение церемониальных предписаний было полностью отменено пришествием реальности; поэтому в отношении этих предписаний Он ничего не заповедовал в данном случае, когда излагал общие положения Своего учения. В другом месте, однако, Он ясно дает понять, что все телесное поклонение, установленное Законом, должно было быть преобразовано в духовное поклонение: как явствует из Ин. 4:21,23, где Он говорит: «Наступает время, когда и на горе сей, и в Иерусалиме не будете поклоняться Отцу... но... истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине».

Ответ на возражение 4. Все мирские блага можно свести к трём: почестям, богатству и удовольствиям; согласно 1 Ин. 2:16: «Всё, что в мире, есть похоть плоти», что относится к плотским удовольствиям, «похоть очей», что относится к богатству, «и гордость житейская», что относится к стремлению к славе и почестям. Закон же не обещал изобилия плотских удовольствий; напротив, он запрещал их. Но он обещал высокие почести и несметные богатства, ибо в отношении первых написано (Втор. 28:1): «Если будешь слушать гласа Господа Бога твоего... Он поставит тебя превыше всех народов»; а в отношении последних мы читаем немного дальше (Втор. 28:11): «Он обогатит тебя всяким добром». Но иудеи настолько исказили истинный смысл этих обещаний, что считали, будто мы должны служить Богу, имея в виду именно это. Поэтому Господь наш отклонил это, научив, прежде всего, что дела добродетели не должны совершаться ради человеческой славы. И Он упоминает три дела, к которым можно свести все остальные: ибо всё, что человек делает для обуздания своих желаний, относится к посту; всё, что человек делает из любви к ближнему, относится к милостыне; и всё, что человек делает для поклонения Богу, относится к молитве. И Он упоминает эти три дела особо, поскольку они занимают главное место и чаще всего используются людьми для обретения славы. Во-вторых, Он учил нас, что мы не должны ставить своей целью богатство, когда сказал: «Не собирайте себе сокровищ на земле» (Мф. 6:19).

Ответ на возражение 5. Наш Господь запретил не необходимую, а чрезмерную заботу. Итак, следует избегать четырёх видов заботы о мирских делах. Во-первых, мы не должны ставить себе целью служить Богу ради необходимой пищи и одежды. Поэтому Он говорит: «Не собирайте себе» и т. д. Во-вторых, мы не должны настолько беспокоиться о мирских вещах, чтобы отчаиваться в Божьей помощи; поэтому Наш Господь говорит (Мф. 6:32): «Отец ваш знает , что вы имеете нужду во всём этом». В-третьих, мы не должны добавлять самонадеянности к нашей заботе; другими словами, мы не должны быть уверены, что сможем получить необходимое для жизни собственными усилиями, без Божьей помощи: такую ​​заботу Наш Господь отвергает, говоря, что человек не может ничего прибавить к своему возрасту (Мф. 6:27). Мы не должны опережать время забот; а именно, заботясь сейчас о нуждах не настоящего, а будущего времени: потому Он и говорит (Мф. 6:34): «Не... заботьтесь о завтрашнем дне».

Ответ на возражение 6. Господь не запретил суд справедливости, без которого святыни не могут быть отняты у недостойных. Но Он запретил суд беспорядочный, как было сказано выше.

Статья 4:

Уместно ли в Новом Законе предложить некоторые конкретные советы?

Возражение 1. Кажется, что некоторые конкретные советы неуместно даются в Новом Законе. Ведь советы даются относительно того, что полезно для достижения цели, как мы уже говорили выше, говоря о советах (14, 2). Но не одно и то же полезно для всех. Поэтому некоторые конкретные советы не следует предлагать всем.

Возражение 2. Далее, советы касаются большего блага. Но не существует определённых степеней большего блага. Поэтому не следует давать определённых советов.

Возражение 3. Далее, советы относятся к жизни совершенства. Но и послушание относится к жизни совершенства. Поэтому было бы неправильно, чтобы в Евангелии не содержалось ни одного совета о послушании.

Возражение 4. Кроме того, многие положения, относящиеся к жизни совершенства, встречаются в заповедях, например, «Возлюбите врагов ваших» (Мф. 5:44) и в тех предписаниях, которые Господь дал Своим апостолам (Мф. 10). Поэтому советы неуместны в Новом Законе: и потому, что они не все упомянуты, и потому, что они не отделены от заповедей.

Напротив, советы мудрого друга весьма полезны, согласно Прит. (27:9): «Масло и благовоние радуют сердце, и добрые советы друга веселят душу». Но Христос — наш самый мудрый и великий друг. Поэтому Его советы в высшей степени полезны и уместны.

Отвечаю: разница между советом и заповедью заключается в том, что заповедь подразумевает обязательство, тогда как совет предоставляется на усмотрение того, кому он дан. Следовательно, в Новом Законе, который есть закон свободы, советы добавляются к заповедям, а в Ветхом Законе, который есть закон рабства, – нет. Поэтому мы должны понимать заповеди Нового Закона как данные о вещах, необходимых для достижения цели вечного блаженства, к которой Новый Закон нас непосредственно подводит; но советы касаются вещей, которые делают достижение этой цели более верным и быстрым.

Человек находится между вещами этого мира и духовными благами, в которых заключается вечное блаженство: так что чем больше он прилепляется к одному, тем больше удаляется от другого, и наоборот. Поэтому тот, кто всецело прилепляется к вещам этого мира, так что делает их своей целью и смотрит на них как на причину и правило всего, что он делает, полностью отпадает от духовных благ. Поэтому этот беспорядок устраняется заповедями. Тем не менее, чтобы достичь вышеупомянутой цели, человеку не нужно полностью отказываться от вещей мира: поскольку он может, используя вещи этого мира, достичь вечного блаженства, если только не будет делать их своей целью; но он достигнет его быстрее, полностью отказавшись от благ этого мира; для этой цели и даны евангельские советы.

Итак, блага этого мира, используемые в человеческой жизни, состоят из трёх вещей: внешнего богатства, относящегося к «похоти очей»; плотских удовольствий, относящихся к «похоти плоти»; и почестей, относящихся к «гордыне житейской», согласно 1 Ин. 2:16; и именно в полном отказе от них, насколько это возможно, и заключаются евангельские советы. Более того, всякая форма религиозной жизни, исповедующая состояние совершенства, основана на этих трёх: ибо богатство отвергается бедностью, плотские удовольствий – постоянным целомудрием, а житейская гордость – рабством послушания.

Итак, если человек соблюдает их неукоснительно, то это соответствует советам в их нынешнем виде. Но если человек соблюдает какой-либо из них в конкретном случае, то это означает понимать этот совет в ограниченном смысле, а именно, как относящийся к данному конкретному случаю. Например, когда кто-либо подаёт милостыню бедному, не будучи обязанным это делать, он следует советам в данном конкретном случае. Подобным же образом, когда человек в течение определённого времени воздерживается от плотских удовольствий, чтобы посвятить себя молитве, он следует совету для этого конкретного времени. И снова, когда человек не следует своей воле в отношении какого-либо дела, которое он мог бы совершить законно, он следует совету в данном конкретном случае: например, если он делает добро своим врагам, когда он не обязан это делать, или если он прощает обиду, за которую он мог бы справедливо стремиться к отмщению. Таким образом, все частные советы могут быть сведены к этим трём общим и совершенным советам.

Ответ на возражение 1. Вышеупомянутые советы, рассматриваемые сами по себе, полезны для всех; но, поскольку некоторые люди не расположены к этому, случается, что некоторые из них нецелесообразны, потому что их характер не склонен к подобным вещам. Поэтому Господь наш, предлагая евангельские советы, всегда упоминает о способности человека соблюдать эти советы. Ибо, давая совет о постоянной нищете (Мф. 19:21), Он начинает словами: «Если хочешь быть совершенным», а затем добавляет: «Иди, всё, что имеешь [вульгарн.: „то“], продай». Подобным же образом, давая совет о постоянном целомудрии, говоря (Мф. 19:12): «Есть скопцы, которые скопали сами себя для Царства Небесного», Он сразу добавляет: «Кто может взять, пусть берет». И снова апостол (1 Кор. 7:35), дав совет девства, говорит: «И это говорю для вашей пользы, чтобы не навести на вас сетей».

Ответ на возражение 2. Большие блага не закреплены определенно за индивидом; но закреплены те, которые просто и абсолютно представляют собой большее благо в целом: и к ним могут быть сведены все вышеупомянутые частные блага, как указано выше.

Ответ на возражение 3. Даже совет послушания, как мы понимаем, был дан Господом в словах: «И [пусть] следует за Мною». Ибо мы следуем за Ним не только подражая Его делам, но и соблюдая Его заповеди, согласно Ин. 10:27: «Овцы Мои слушаются голоса Моего... и идут за Мною».

Ответ на возражение 4. То, что Господь наш предписал об истинной любви к врагам, и другие подобные изречения (Мф. 5; Лк. 6), можно отнести к подготовке ума, и тогда они необходимы для спасения; например, чтобы человек был готов делать добро своим врагам и совершать другие подобные действия, когда в этом есть необходимость. Поэтому эти вещи помещены в число заповедей. Но то, что каждый должен действительно и немедленно поступать таким образом по отношению к врагу, когда в этом нет особой необходимости, следует отнести к частным советам, как указано выше. Что касается того, что изложено в Мф. 10 и Лк. 9 и 10, то это были либо дисциплинарные повеления для того конкретного времени, либо уступки, как указано выше (2, ad 3). Поэтому они не включены в число советов.