ТОМ 4, ГЛАВА 27
О разбирательстве дел в судах справедливости
Прежде чем мы приступим к предлагаемой теме следующей главы, а именно к характеру и методу разбирательства в судах справедливости, будет уместно вспомнить замечания, сделанные в начале этой книги1 относительно основных трибуналов этого рода, признанных конституцией Англии; и сделать несколько замечаний по тем частным случаям, когда какой-либо из них претендует на исключительную юрисдикцию, отличную от другого и исключающую его.
Я уже 2 пытался проследить (хотя и вкратце) историю, возникновение и развитие чрезвычайного суда, или суда справедливости, в канцелярии. Та же юрисдикция осуществляется и та же система возмещения ущерба применяется в суде справедливости казначейства, с разграничением, однако, некоторых вопросов, специфичных для каждого трибунала и в которые другой не может вмешиваться. И, прежде всего, вопросов, специфичных для канцелярии.
1. С упразднением суда по подопечным забота, которую корона была обязана проявлять в качестве опекуна своих малолетних арендаторов, была полностью упразднена с любой феодальной точки зрения; но привела к тому, что король, в лице своего канцелярского суда, получил общую защиту3 всех остальных малолетних в королевстве. Поэтому, когда у ребенка, оставшегося без отца, нет другого опекуна, канцелярский суд имеет право назначить его; и по всем вопросам, связанным с этим, апелляция подается в палату лордов. Суд казначейства может назначить опекуна ad litem только для осуществления защиты малолетнего, если против него будет возбуждено дело; это полномочие входит в юрисдикцию каждого суда; 4 но когда интересы несовершеннолетнего предстают перед судом в судебном порядке, в ходе рассмотрения дела или по предъявленному для этой цели счету, любой из судов без разбора будет заботиться об имуществе малолетнего.
2. Что касается идиотов и сумасшедших: сам король раньше поручал опеку над ними соответствующим комитетам в каждом конкретном случае; но теперь, чтобы избежать ходатайств и даже тени неуместного пристрастия, король5 выдает ордер за своей королевской подписью канцлеру или хранителю его печати, чтобы тот выполнял эту обязанность для него: и если он действует ненадлежащим образом, предоставляя такую опеку, жалоба должна быть подана самому королю в совете6. Но предыдущие разбирательства по поручению, для расследования того, является ли сторона идиотом или сумасшедшим, находятся в ведении суда канцлера и могут быть исправлены (в случае ошибки) только судебным приказом об ошибке в обычном порядке.
3. Король, как parens patriae, осуществляет общее руководство всеми благотворительными организациями; это управление он осуществляет через блюстителя своей совести, канцлера. И поэтому, всякий раз, когда это необходимо, генеральный прокурор по поручению какого-либо осведомителя (которого обычно называют посредником) представляет ex officio информацию в суд канцлера для надлежащего учреждения благотворительной организации. Статутом также 43 Eliz. c. 4 лорду-канцлеру или лорду-хранителю и канцлеру герцогства Ланкастерского предоставлены полномочия соответственно давать поручения под своими печатями, расследовать любые злоупотребления благотворительными пожертвованиями и устранять их указом; который может быть пересмотрен в соответствующих судах нескольких канцлеров в случае выдвинутых против него возражений. Но, хотя это и делается в отделе мелких судебных разбирательств в канцелярском суде, поскольку поручение возвращается туда, это не является разбирательством по общему праву, а рассматривается как первоначальное дело в суде справедливости. Приведённые ниже доказательства не записываются в письменной форме, и ответчик в своём ответе на возражения может ссылаться на любые новые обстоятельства по своему усмотрению; после чего они переходят к доказыванию и допрашивают свидетелей в письменной форме по всем спорным вопросам; и суд может обязать ответчика оплатить все издержки, хотя статут такого полномочия не предоставляет. И поскольку это, таким образом, повсюду рассматривается как первоначальное дело, апелляция на постановление канцлера, конечно же, может быть подана в палату пэров,7 несмотря на любые расплывчатые мнения об обратном.8
4. В соответствии с несколькими статутами, касающимися банкротства, канцлеру предоставляется суммарная юрисдикция по многим вопросам, вытекающим из предписанных ими поручений или предшествующим им; эти статуты не допускают апелляции.
С другой стороны, юрисдикция суда канцлера не распространяется на некоторые дела, по которым можно получить помощь в казначействе. В канцелярию не могут быть представлены никакие сведения о таких ошибочных благотворительных пожертвованиях, которые предоставляются королю статутами для подавления суеверных обычаев. Канцелярия также не может оказать какую-либо помощь королю, или предписать ему какое-либо действие, или издать какой-либо указ о распоряжении или затрагивании его имущества; даже в случаях, когда он является королевским попечителем.9 Такие дела должны рассматриваться в суде казначейства как в налоговом суде; который единственный имеет власть над королевской казной и чиновниками, занятыми в ее управлении, за исключением случаев, когда он по праву принадлежит суду герцогства Ланкастера, который также имеет аналогичную юрисдикцию в качестве налогового суда; и, как и другие, состоит как из суда общей юрисдикции, так и из суда справедливости.
Во всех остальных вопросах сказанное о суде справедливости в канцелярии в равной степени применимо и к другим судам справедливости. Каково бы ни было различие в формах судебной практики, оно проистекает из различного устройства их должностных лиц; или, если они расходятся в чём-либо более существенном, один из них непременно неправ; ибо истина и справедливость всегда едины и должны в равной степени приниматься всеми.
Давайте теперь кратко, но всесторонне рассмотрим общую природу права справедливости, как оно сейчас понимается и практикуется в наших многочисленных судах. Я уже касался этого вопроса,10 но недостаточно: он заслуживает более полного объяснения. Однако, поскольку до сих пор не сохранилось ничего, что могло бы дать постороннему человеку сносное представление о судах справедливости, существующих в Англии, в отличие от судов общей юрисдикции, составитель этих заметок не может не попытаться сделать это с опаской: те, кто знает их лучше всех, слишком заняты, чтобы найти время писать; и те, кто мало посещал эти суды, должны часто испытывать нехватку материалов.
СПРАВЕДЛИВОСТЬ, таким образом, в своем истинном и подлинном значении, есть душа и дух всякого права: позитивное право истолковывается, а рациональное право создается ею. В этом справедливость синонимична справедливости; в этом — истинному смыслу и здравому толкованию правила. Но сами термины «суд справедливости» и «суд общего права», противопоставленные друг другу, способны сбивать нас с толку и вводить в заблуждение: как будто один судит без справедливости, а другой не связан никаким законом. В то время как каждое встречающееся определение или пример, которые сейчас проводят границу между двумя юрисдикциями, противопоставляя друг другу право и справедливость, будут признаны либо полностью ошибочными, либо ошибочными в определенной степени.
1. ТАКИМ образом, во-первых, говорится,11 что в Англии суд справедливости обязан смягчать строгость общего права. Но никто не оспаривает такое право.Тяжелым был случай кредиторов по облигациям, чей должник завещал свою недвижимость; строгим и несправедливым было правило, которое ставило получателя завещания в лучшее положение, чем наследника;12 однако суд справедливости не имел полномочий вмешаться. Тяжелым все еще существующий общий закон, согласно которому земля, завещанная или переходящая к наследнику, не должна облагаться простыми договорными долгами предка или завещателя,13 хотя деньги были потрачены на покупку самой земли; и что отец никогда не может немедленно стать наследником недвижимости сына;14 но суд справедливости не может оказать никакой помощи; хотя в обоих этих случаях искусственный разум закона, вытекающий из феодальных принципов, давно полностью исчез. Подобное можно наблюдать о переходе земель по наследству к дальним родственникам по крови или даже о передаче их в выморочное имущество сеньору, а не единокровному брату владельца;15 и о полном прекращении всякого правосудия посредством вынуждения суда о невынесении решения суда (parol)16 всякий раз, когда несовершеннолетний обвиняется в наследстве или является стороной в реальном иске. Во всех подобных случаях позитивного права суды справедливости, как и суды общей юрисдикции, должны заявить вместе с Ульпианом:17«это действительно очень сложно, но так написан закон».
2. Говорят,18 что суд справедливости выносит решение в соответствии с духом правила, а не строгостью буквы. Но то же самое делает и суд. Оба, например, в равной степени обязаны и в равной степени заявляют о необходимости толковать законы в соответствии с истинным намерением законодательного органа. В общих законах невозможно предвидеть все случаи; или, если предвидеть, невозможно выразить: некоторые из них будут соответствовать смыслу законодателя, хотя и не выражены словами; а другие, которые могут соответствовать букве, могут противоречить его смыслу, хотя и не исключены прямо. Эти случаи, таким образом, противоречащие букве, часто называют противоречащими справедливости акта парламента; и поэтому случаи, соответствующие букве, часто противоречат справедливости. Здесь под справедливостью мы подразумеваем не что иное, как здравое толкование закона; хотя слова самого закона могут быть слишком общими, слишком специальными или иным образом неточными или несовершенными. Итак, вот те случаи, которые, как говорит Гроций19, «lex non exacte definit, sed arbitrio boni viri permittit/«закон не дает точного определения, но оставляет свободу усмотрения хорошего человека»»; чтобы выяснить истинный смысл и значение законодателя из всех других вопросов толкования. Но нет ни одного правила толкования законов, будь то справедливое или строгое, которое не использовалось бы одинаково судьями как в судах общего права, так и в судах справедливости: толкование в обоих случаях должно быть одинаковым; или, если они различаются, то лишь потому, что один суд может отличаться от другого. Каждый стремится установить и принять истинный смысл рассматриваемого закона; ни один из них не может расширить, уменьшить или изменить этот смысл одной чертой.
3. ОПЯТЬ же, было сказано,20 что мошенничество, случайность и доверие являются надлежащими и особыми объектами суда справедливости. Но каждый вид мошенничества в равной степени подсуден и в равной степени рассматривается в суде; и некоторые мошенничества подсудны там только, как мошенничество при получении завещания на землю, которое всегда направляется в суды справедливости для рассмотрения там. Многие случайности также рассматриваются в суде; как потеря документов, ошибки в квитанциях или счетах, неправильные платежи, смерть, делающая невозможным буквальное выполнение условия, и множество других непредвиденных обстоятельств; и многие не могут быть удовлетворены даже в суде справедливости; например, если по случайности взыскание было необоснованно понесено, завещание было плохо исполнено, условный остаток уничтожен или право аренды было упущено в семейном соглашении. Действительно, технический траст, созданный ограничением права вторичного использования, был принудительно передан в суд справедливости, как уже упоминалось ранее21; и этот вид трастов, расширенный путем вывода и толкования, с тех пор остается своего рода пекулием в этих судах. Но существуют и другие трастовые отношения, подлежащие рассмотрению в суде: депозиты и всевозможные поручительские обязательства; и особенно подразумеваемый договор, столь выгодный и полезный, об обязательстве отчитаться за деньги, полученные для чужого использования22, который служит основанием для иска по данному делу, почти столь же универсального, как и вексель по праву справедливости.
4. Еще раз; было сказано, что суд справедливости не связан правилами или прецедентами, а действует на основании мнения судьи,23 основанного на обстоятельствах каждого конкретного дела. В то время как система наших судов справедливости является трудоемкой связанной системой, управляемой установленными правилами и связанной прецедентами, от которых они не отступают, хотя причина некоторых из них, возможно, может быть подвергнута возражениям. Так, отказ жене в ее приданом в доверительном имуществе24, но при этом позволение мужу его почтения; удержание штрафа по облигации просто в качестве обеспечения долга и процентов, но иногда рассматриваемое как сам долг, так что проценты не должны превышать этот штраф25; различие между ипотекой под пять процентов с пунктом уменьшения до четырех, если проценты выплачиваются регулярно, и ипотекой под четыре процента с пунктом увеличения до пяти, если выплата процентов откладывается; так что первое должно считаться добросовестной, а второе – несправедливой сделкой;26 все эти и другие случаи, которые можно было бы привести, являются явными правилами позитивного права, подкреплёнными лишь уважением, которое проявляется, и, как правило, весьма уместно, к ряду прежних решений; чтобы правило собственности было единообразным и незыблемым. Более того, иногда прецедент соблюдается настолько строго, что частное суждение, основанное на особых обстоятельствах,27 порождает общее правило.
Короче говоря, если бы суд справедливости в Англии действительно действовал, как предполагает (в теории) один весьма изобретательный писатель в другой части острова, он бы стоял выше всякого права, как общего, так и статутного, и был бы самым произвольным законодателем в каждом конкретном случае. Неудивительно, что он так часто ошибается. Гроций, или Пуфендорф, или любой другой из великих мастеров юриспруденции были бы столь же мало способны открыть, исходя из собственного света, систему суда справедливости в Англии, как и систему суда общего права. Тем более, что вышеупомянутые представления о характере, полномочиях и практике суда справедливости были ранее приняты и распространены (хотя и не с одобрения) нашими ведущими антикварами и юристами; Спелман 28, Коук(Кок),29 ,Ламбард30 и Селден,31 и даже сам великий Бэкон32. Но это было в младенчестве наших судов справедливости, до того, как была установлена их юрисдикция, и когда сами канцлеры, отчасти из-за своего незнания закона (будучи часто епископами или государственными деятелями), отчасти из-за амбиций и жажды власти (поощряемых произвольными принципами века, в котором они жили), но главным образом из-за узких и несправедливых решений судов, присвоили себе такую неограниченную власть, которая полностью отрицалась их преемниками вот уже более столетия назад. Постановления суда справедливости тогда были скорее по характеру наград, сформированных на внезапном pro re nata, с большей честностью намерения, чем знанием предмета; не основанные ни на каких устоявшихся принципах, поскольку никогда не разрабатывались и, следовательно, никогда не использовались в качестве прецедентов. Но системы юриспруденции, в наших судах, как общего права, так и справедливости, теперь являются в равной степени искусственными системами, основанными на одни и те же принципы справедливости и позитивного права; но различающиеся по форме и способу их проведения: один изначально происходит (хотя и значительно реформированный и улучшенный) из феодальных обычаев, которые преобладали в различные эпохи в саксонской и нормандской юдикатурах; другой (но с равными улучшениями) из императорских и папских формул, введенных их духовными канцлерами.
Предложение каждого законопроекта о предоставлении юрисдикции судам справедливости (скопированное с тех давних времен) заключается в том, что истец не имеет права на защиту по общему праву. Но тот, кто отсюда сделает вывод, что ни одно дело не рассматривается по праву справедливости, если можно было бы воспользоваться правом справедливости, и в то же время обратит внимание на объём и разнообразие дел в наших отчётах о праве справедливости, должен будет считать закон мёртвой буквой. Правила собственности, правила доказывания и правила толкования в обоих судах являются или должны быть совершенно одинаковыми: оба суда должны принять наилучший вариант или должны прекратить быть судами правосудия. Раньше некоторые причины, которых теперь больше нет, могли повлечь за собой применение в одном суде правила, отличного от того, которое впоследствии было принято в другом, как основанного на природе и причине дела; но как только эти причины прекратились, мера существенной справедливости должна была стать одинаковой в обоих. Таким образом, штраф по облигации, изначально придуманный для того, чтобы обойти абсурдность монашеских уставов, запрещавших брать проценты за деньги, поэтому весьма простительно рассматривался в судах как реальный долг, когда должник не выполнял своего соглашения о возврате ссуды с процентами: ибо судьи не могли, согласно тогдашнему праву, вынести решение о том, что взимание процентов стало законным, как необходимый спутник торговли,33 более того, после того как статут 37 г. до н. э. VIII в. 9. объявил сам долг или ссуду «справедливым и истинным намерением», ради которого было дано обязательство, их узколобые последователи по-прежнему умышленно и формально придерживались буквы древних прецедентов и отказывались считать выплату основного долга, процентов и издержек полным погашением облигации. В то же время более либеральные люди, заседавшие в судах справедливости, истолковывали этот документ, согласно его «справедливому и истинному назначению», лишь как обеспечение займа: в этом свете это, безусловно, понималось сторонами, по крайней мере, после этих определений; и поэтому такое толкование должно было быть общепринятым. Так, в случае ипотеки, являющейся лишь залогом земли, в то время как другая является личным обеспечением ссуженных денег, уплата основного долга, процентов и судебных издержек должна была в любой момент, до вынесения решения, предотвратить конфискацию как в суде общей юрисдикции, так и в суде справедливости. Неудобство и несправедливость, связанные с различными толкованиями одной и той же сделки в разных судах, в конце концов вынудили парламент вмешаться и предписать статутами 4 и 5 Ann. c. 16 и 7 Geo. II. c. 20, что в случаях облигаций и ипотеки то, что долгое время было практикой судов справедливости, должно было и впредь соблюдаться в судах общей юрисдикции.
ОПЯТЬ; ни суд справедливости, ни суд общего права не могут изменять завещания или соглашения людей, или (иными словами) составлять завещания или соглашения за них. Оба должны понимать их верно, и, следовательно, оба они единообразно. Ни один суд не должен расширять, а другой сокращать законное положение, намеренно установленное сторонами, вопреки его справедливому намерению. Суд справедливости, как и суд общего права, не может освобождать от ответственности за штраф в виде заявленных убытков; например, арендную плату в размере 5 фунтов стерлингов за акр за вспашку старого луга34; ни за истечение срока, когда срок имеет существенное значение для договора; как в соглашениях о возобновлении аренды. Оба суда будут справедливо толковать, но ни один из них не претендует на контроль или изменение законного соглашения или обязательства.
Правила принятия решений в обоих судах в равной степени соответствуют предмету их рассмотрения. Когда предмет спора требует определения secundum aequum et bonum, как и вообще в исках по делу, решения судов общей юрисдикции руководствуются принципом самой либеральной справедливости. В вопросах позитивного права оба суда должны подчиняться и следовать древним и неизменным максимам «quae relicta sunt et tradita»35. Оба суда следуют международному праву, черпая его из истории и наиболее авторитетных авторов всех стран, где вопрос является предметом этого права: как в случае с посольскими привилегиями36, заложниками или векселями о выкупе37. В торговых сделках они следуют морскому праву38 и аргументируют свои решения, исходя из обычаев и авторитетов, принятых во всех морских странах. В случаях, когда они осуществляют параллельную юрисдикцию, они оба следуют закону надлежащего форума39; в вопросах, изначально находящихся в ведении церкви, они оба в равной степени принимают каноническое или имперское право в зависимости от характера предмета40; и если перед кем-либо из них возникает вопрос, который, собственно, является предметом иностранного муниципального права, они оба получают информацию о том, каково правление страны41, и оба принимают соответствующее решение.
Итак, поскольку равенство закона и разума управляет обоими видами судов, в чём же (можно спросить) состоит их существенное различие? Оно главным образом состоит в различных способах отправления правосудия в каждом из них: в способе доказательства, способе судебного разбирательства и способе возмещения ущерба. На этих и на двух других случайных основаниях юрисдикции, которые ранее были загнаны в эти суды узкими решениями судов общей юрисдикции, а именно: истинное толкование ценных бумаг под ссуду, а также форма и последствия доверительного управления или вторичного использования; на этих главных столпах постепенно возводилась та структура юриспруденции, которая преобладает в нашем суде справедливости и внутренне покоится на тех же существенных основаниях, что и правовая система, которая до сих пор была обрисована в этих комментариях; как бы они ни отличались по своей внешней форме от разного вкуса их архитекторов.
1. И, во-первых, что касается способа доказательства. Когда факты или их основные обстоятельства известны только стороне, суд справедливости обращается к ее совести и под присягой очищает ее в отношении истинности сделки; и, будучи однажды обнаруженным, это решение по справедливости является таким же, как оно было бы по закону. Но из-за отсутствия этого открытия по закону суды справедливости приобрели параллельную юрисдикцию со всеми другими судами по всем вопросам бухгалтерского учета.42 Что касается бухгалтерского учета, они принимают параллельную юрисдикцию по управлению личными активами,43 следовательно, долгами, завещаниями, распределением остатка и поведением душеприказчиков и администраторов.44 Что касается бухгалтерского учета, они также принимают параллельную юрисдикцию по десятине и всем вопросам, связанным с ней;45 всех сделок в партнерстве,46 и многих других торговых сделок; и то же самое касается судебных приставов, получателей, факторов и агентов.47 Было бы бесконечно перечислять все многочисленные пути в человеческих делах и в эту коммерческую эпоху, которые ведут к счетам или заканчиваются ими.
Из того же плодотворного источника, принудительного раскрытия информации под присягой, суды справедливости приобрели юрисдикцию почти над всеми делами о мошенничестве48; над всеми делами, находящимися в частной собственности стороны, которые, хотя и скрыты, обязательны для совести; и над всеми судебными решениями, вынесенными посредством такого мошенничества или сокрытия. И это происходит не путём оспаривания или отмены самого решения, а путём запрета истцу каким-либо образом воспользоваться решением, полученным путём сокрытия истины49; и которое, при тех же фактах, которые были представлены в суде, как теперь выяснилось, он никогда бы не получил.
2. Что касается способа судебного разбирательства. Он заключается в допросе свидетелей, после чего их показания записываются в письменной форме, где бы они ни проживали. Если дело возникает в чужой стране, а свидетели проживают на месте; если в делах, рассматриваемых в Англии, свидетели находятся за границей или вскоре покинут королевство; или если свидетели, проживающие дома, престарели или немощны, то любой из этих случаев даёт суду справедливости основание для предоставления полномочий на их допрос и (вследствие этого) осуществления той же юрисдикции, которая могла бы быть осуществлена по закону, если бы свидетели, вероятно, могли явиться.
3. Относительно способа возмещения ущерба. Отсутствие более конкретных средств правовой защиты, чем те, которые можно получить в судах, предоставляет суду справедливости параллельную юрисдикцию в самых разных случаях. Например, в отношении соглашений о принудительном исполнении. Суд справедливости принудит к их неукоснительному исполнению,50 за исключением случаев, когда это ненадлежаще или невозможно, вместо того, чтобы присудить компенсацию за неисполнение. И, таким образом, возникает фикция, согласно которой то, что должно быть сделано, должно считаться фактически совершенным51 и должно относиться к тому времени, когда оно должно было быть сделано изначально: и эта фикция настолько тесно прослеживается во всех своих последствиях, что неизбежно разветвляется на множество правил юриспруденции, которые образуют определенную упорядоченную систему. Так, в случае растрат и других подобных случаев ущерба суд справедливости принимает на себя совместную юрисдикцию, чтобы предотвратить их путем вынесения судебного запрета.52 По вопросам, которые могут рассматриваться в суде в большом количестве исков, суд справедливости принимает на себя юрисдикцию, чтобы предотвратить расходы и раздражение от бесконечных судебных разбирательств и исков.53 В различных видах мошенничества он принимает на себя совместную54 юрисдикцию не только ради раскрытия информации, но и более обширного и конкретного возмещения: например, путем аннулирования мошеннических действий,55 вынесения постановления о повторной передаче права собственности56 или предписания абсолютной передачи права собственности просто в качестве обеспечения.57 И таким образом, наконец, ради более выгодного и полного возмещения, путем вынесения постановления о продаже земель,58 суд справедливости рассматривает иски по всем долгам, обременениям и сборам, которые могут на него повлиять или вывести из него.
4. Истинное толкование ценных бумаг, предоставленных взаймы, является ещё одним источником юрисдикции судов справедливости. Когда они постановили, что неустойка по облигации является формой, а по сути – лишь залогом, обеспечивающим возврат добросовестно предоставленной суммы с надлежащей компенсацией за пользование, они заложили основу для ряда регулярных определений, которые урегулировали доктрину личных залогов или ценных бумаг и в равной степени применимы к ипотеке недвижимости. Залогодатель остаётся собственником земли, а залогодержатель – залогодержателем: но эта собственность взаимно передаётся, и залогодержатель лишается права выкупа, если по требованию залогодержателя он не выкупит её в течение срока, установленного судом; или же он может быть лишён права выкупа в течение длительного срока по аналогии с законом об исковой давности.
5. Форма доверительного управления или вторичного пользования предоставляет судам справедливости исключительную юрисдикцию в отношении предмета всех соглашений и завещаний в этой форме, а также всех долгосрочных соглашений, созданных в рамках нынешней сложной системы передачи права собственности. Это весьма обширный источник юрисдикции: однако доверительное управление регулируется практически теми же правилами, которые регулировали бы имущественные отношения в суде общей юрисдикции59, если бы не было вмешательства доверительного управляющего; и благодаря устоявшейся позитивной системе, установленной в судах справедливости, доктрина доверительного управления теперь сведена к такой же степени определенности, как и доктрина законных имущественных отношений в судах общего права.
Вот основные (ибо я опускаю более мелкие) основания юрисдикции, в настоящее время осуществляемой в наших судах справедливости: они, как мы видим, весьма существенно отличаются от представлений, разделяемых посторонними людьми и даже самими этими судами до того, как они достигли зрелости; как явствует из принципов, изложенных нашими ранними юристами, и ревностного отношения к их злоупотреблению, цитируемыми в предыдущей 60 странице; и которые были неявно приняты и переданы последующими составителями, не обращая внимания на те постепенные добавления и отклонения, посредством которых в течение столетия эта могучая река незаметно изменила свое русло. Ламбард, в частности, в правление королевы Елизаветы, устанавливает,61 что «к справедливости не следует апеллировать, кроме как в редких и чрезвычайных случаях; и что хороший канцлер не будет присваивать себе власть в каждой жалобе, которая будет подана к нему по какому-либо поводу; и тем самым не подорвет авторитет судов общего права и не навлечет на людей такую путаницу и неуверенность, что вряд ли кто-либо будет знать, как и как долго отстаивать свои права перед ним». И, конечно, если бы суд справедливости все еще существовал и плавал бы на основе случайного мнения, которое судья, которому довелось председательствовать, мог бы иметь о совести в каждом конкретном случае В этом случае неудобства, которые возникли бы из-за этой неопределенности, были бы худшим злом, чем любые трудности, которые могли бы возникнуть из-за слишком строгих и негибких правил. Его полномочия стали бы слишком произвольными, чтобы их можно было терпеть в стране, подобной этой62, которая гордится тем, что во всех отношениях управляется законом, а не волей. Но со времен, когда писал Ламбард, группа великих и выдающихся юристов63, последовательно державших великую печать, постепенно возвели систему судебной защиты, осуществляемой судом справедливости, в настоящую науку, которая не может быть постигнута без изучения и опыта, так же как и наука права: но из которой, будучи понята, можно узнать, на какое средство правовой защиты истец имеет право рассчитывать и каким способом иска, так же легко и с такой же точностью, как в суде справедливости, так и в суде общей юрисдикции.
Было бы весьма желательно, ради уверенности, мира и справедливости, чтобы каждый суд, насколько это возможно, следовал другому, применяя наилучшие и наиболее эффективные правила для достижения этих желаемых целей. Аксиома гласит, что справедливость следует закону; и в прежние времена закон не стеснялся следовать даже той справедливости, которая была установлена духовными канцлерами. Каждый, кто знаком с нашими древними книгами, знает, что многие ценные улучшения в состоянии наших землевладений (особенно в арендных владениях64 и копигольдах65) и формах отправления правосудия66 произошли по той единственной причине, что одно и то же дело постоянно осуществлялось посредством повестки в канцелярию. И, конечно же, не может быть большего солецизма, чем когда в двух суверенных независимых судах, учрежденных в одной стране, осуществляющих параллельную юрисдикцию и по одному и тому же вопросу, в одном случае существуют два различных правила собственности, сталкивающихся или противоречащих друг другу.
Углубление в этот вопрос вывело бы меня за пределы моей нынешней цели. Я испытывал искушение зайти так далеко, потому что ученейший автор, на которого я упомянул и чьи труды доставили изысканное удовольствие каждому вдумчивому юристу, является (среди многих других) веским доказательством того, как легко названия и вольные или неосторожные выражения, встречающиеся у лучших наших писателей, способны сбить с толку незнакомца и внушить ему ошибочные представления о раздельных юрисдикциях, ныне существующих в Англии, которые никогда не были разделены ни в одной другой стране во вселенной. Это также дало мне возможность оправдать, с одной стороны, справедливость наших судов, не будучи тем суровым и нелиберальным правилом, которое многие слишком охотно предполагают; и, с другой стороны, правосудие наших судов справедливости не должно быть результатом простого произвольного мнения или проявления диктаторской власти, которая господствует над законом страны и исправляет, дополняет и контролирует его, руководствуясь неопределёнными и изменчивыми велениями совести одного судьи. Теперь самое время перейти к практике наших судов справедливости, объяснённой и понятой таким образом.
Первое начало судебного разбирательства в канцелярии – это подача лорд-канцлеру законопроекта в форме петиции: «смиренно жалуясь, доказывает вашей светлости, вашему оратору А. Б., что и т. д.». Это своего рода декларация по общему праву или клевета и обвинение в духовных судах: подробно излагаются обстоятельства дела, например, мошенничество, злоупотребление доверием или затруднительное положение; «ввиду чего» (что является обычной формулировкой законопроекта) «и поскольку ваш оратор совершенно не имеет правовой защиты по общему праву», канцлеру испрашивается судебное решение, а также повестка в суд против ответчика, чтобы заставить его ответить под присягой по всем пунктам обвинения, изложенным в законопроекте. А если это необходимо для прекращения владения землями, прекращения расточительства или прекращения судебного разбирательства, также испрашивается судебный запрет, подобный интердиктуму гражданского права, повелевающий ответчику прекратить тяжбу.
Этот законопроект должен вызвать в суд все необходимые стороны, как бы отдаленно они ни были заинтересованы; в противном случае не может быть вынесено постановление, обязывающее их; и должен быть подписан адвокатом в качестве удостоверения его благопристойности и уместности. Он не должен содержать ни скандальных, ни неуместных сведений; если они есть, ответчик может отказаться отвечать на него, пока такой скандал или неуместность не будут устранены, что делается по приказу о передаче дела одному из должностных лиц суда, называемому мастером канцелярии; их двенадцать, включая мастера списков, все из которых вплоть до правления королевы Елизаветы, как правило, были докторами гражданского права.67 Магистр должен проверить правильность законопроекта; и если отчеты окажутся скандальными или неуместными, такой материал должен быть исключен, а ответчик должен будет выплатить свои издержки; которые по праву должен оплатить адвокат, подписавший законопроект.
КОГДА законопроект подан в канцелярию шести клерков (которые первоначально все были в чинах; и поэтому, когда конституция суда начала меняться, был принят закон68, разрешающий им вступать в брак), когда, я говорю, законопроект подан таким образом, если в нем ходатайствуется о судебном запрете, он может быть подан на различных стадиях рассмотрения дела, в зависимости от обстоятельств. Если законопроект направлен на приостановление исполнения приговора, вынесенного по суровому решению, а ответчик не представляет свой ответ в течение установленного срока, предусмотренного правилами суда, судебный запрет может быть продлен только при наличии достаточных оснований, вытекающих из самого ответа. Но если требуется судебный запрет для прекращения растрат или других убытков столь же неотложного характера, то после подачи иска и надлежащего обоснования дела, подкрепленного письменными показаниями под присягой, суд немедленно выдаст судебный запрет, который будет действовать до тех пор, пока ответчик не представит свой ответ, и пока суд не вынесет дальнейшего постановления по этому поводу. И когда поступит ответ, будет ли запрет отменен или продлен до слушания дела, определяется судом на основании аргументации, полученной в результате совместного рассмотрения ответа и письменных показаний под присягой.
НО по обычным векселям, как только они поданы, возбуждается процесс о повестке; то есть приказ, приказывающий ответчику явиться и ответить по счету под страхом штрафа в 100 фунтов стерлингов. Но это еще не все: ибо, если ответчик, получив повестку, не является в течение времени, ограниченного правилами суда, и не заявляет возражения, не заявляет возражения или не отвечает на счет, то считается, что он проявил неуважение к суду; и против него последовательно возбуждаются соответствующие процессы о неуважении к суду. Первым из них является арест, который является приказом в виде capias, направляемым шерифу и приказывающим ему арестовать или задержать ответчика и доставить его в суд. Если шериф отвечает, что ответчик non est inventus, то издается арест с прокламациями; который, помимо обычной формы ареста, предписывает шерифу, чтобы он распорядился опубликовать публичные прокламации по всему графству, чтобы вызвать ответчика, по его преданности, лично явиться и ответить. Если и это будет возвращено с non est inventus, и он по-прежнему остается неуважительным, против него присуждается комиссия по мятежу за неподчинение прокламациям в соответствии с его преданностью; и четырем названным в нем комиссарам, или любому из них, приказывается арестовать его, где бы он ни находился в Великобритании, как мятежника и презирающего законы и правительство короля, отказывающегося явиться к своему суверену, когда это требуется: поскольку, как было отмечено ранее69, вопросы справедливости первоначально решались королем лично с помощью его совета; хотя теперь это дело передано его канцлеру. Если по этой комиссии по мятежу возвращается non est inventus, суд тогда отправляет сержанта по оружию на его поиски; и если он ускользнёт и от обыска сержанта, то налагается секвестр с целью изъятия всего его движимого имущества и прибыли от недвижимого, и их ареста в соответствии с постановлением суда. Секвестры были впервые введены сэром Николасом Бэконом, лордом-хранителем во времена правления королевы Елизаветы; до этого суд столкнулся с некоторыми трудностями в обеспечении соблюдения своих процедур и постановлений.70 После вынесения постановления о секвестре, вексель истца должен быть принят pro confesso, и должно быть вынесено соответствующее постановление. Таким образом, секвестр, по-видимому, не является по своей природе процессом для привлечения ответчика, а направлен лишь на обеспечение исполнения постановления. То же самое касается и случая, когда ответчик скроется.
Если ответчик будет привлечен к ответственности по какому-либо из этих дел, он должен быть заключен в тюрьму или иное место заключения до тех пор, пока не явится в суд, не даст показаний или не выполнит иных действий, предусмотренных этим делом, а также не оправдает себя, уплатив издержки, понесенные истцом. Подобное же решение выносится и по всем видам дел о неуважении к суду в ходе судебного разбирательства, если стороны в каком-либо пункте отказываются или пренебрегают исполнением решения суда.
Процесс против юридического лица осуществляется путем distringas (распоряжения), чтобы конфисковать их имущество и движимое имущество, ренту и прибыль до тех пор, пока они не подчинятся повестке или распоряжению суда. И, если ответчиком является пэр, лорд-канцлер направляет ему официальное письмо с требованием явиться вместе с копией законопроекта; и если он не является, то ему может быть вручена повестка; и, если он продолжает проявлять неуважение, на его земли и имущество немедленно налагается секвестр, без какой-либо процедуры ареста и т. д., которые направлены только против лица и, следовательно, не могут затрагивать лорда парламента. Тот же процесс возбуждается против члена Палаты общин, за исключением того, что лорд-канцлер не направляет ему никакого официального письма.
Обычный процесс, упомянутый выше, не может быть возбужден в судебном порядке до вручения повестки, поскольку с этого момента начинается неуважение к суду; в противном случае предполагается, что ответчик не был уведомлен о счете; и поэтому, скрываясь, чтобы избежать повестки, ответчик мог уклониться от правосудия до вступления в силу статута 5 Geo. II. c. 25, который устанавливает, что в случае, когда ответчик не может быть найден для вручения повестки и скрывается (как полагают), чтобы избежать ее вручения, ему назначается день для явки для получения счета истца; который должен быть помещен в лондонскую газету, прочитан в приходской церкви, где последний жил ответчик, и назначен на королевской бирже; и если ответчик не является в этот день, счет должен быть взят pro confesso.
НО если ответчик регулярно появляется и снимает копию счета, то следующим, кто может возражать, выступать с возражениями или давать ответ, является он.
Возражение по праву справедливости имеет почти ту же природу, что и возражение по праву: оно представляет собой апелляцию к решению суда о том, обязан ли ответчик отвечать на иск истца, например, за отсутствием достаточных оснований для права справедливости; или когда истец, основываясь на собственных доказательствах, не имеет права; когда в иске содержится требование об обнаружении факта, который может повлечь за собой конфискацию имущества любого рода или обвинить человека в совершении преступления. По любой из этих причин ответчик может возразить против искового заявления. И если при возражении ответчик одерживает верх, иск истца отклоняется; если возражение отклонено, ответчику предписывается отвечать.
Заявление может быть подано либо в суд, свидетельствуя о том, что суд не имеет представления о причинах иска; либо в лицо, свидетельствуя о какой-либо недееспособности истца, например, в связи с объявлением вне закона, отлучением от церкви и т.п.; либо оно находится в суде, свидетельствуя о каком-либо обстоятельстве, по которому истец не может требовать возмещения ущерба, например, о парламентском акте, штрафе, освобождении от ответственности или прежнем постановлении. Исковое заявление обязан доказать ответчик, если истец его к этому предъявит. Однако, поскольку законопроекты часто носят сложный характер и содержат различные положения, можно заявить о частичном согласии, возражать против частичного согласия и возражать против остальной части иска. Однако никакие исключения из формальных деталей в исковом заявлении здесь не допускаются; стороны вправе исправить их, обнаружив любые формальные ошибки.71
Ответ – наиболее распространённая форма защиты по иску истца. Он даётся под присягой или под знаменем пэра или пэрессы; но там, где ответчики находятся в дружеских отношениях, их ответ обычно принимается без присяги, с согласия истца. Этот метод разбирательства заимствован из церковных судов, как и остальная практика в канцелярии, поскольку там почти в каждом случае истец может потребовать от своего оппонента присяги в качестве доказательства. Раньше это делалось в судах с компургаторами, подобно нашему правосудию; но это давно вышло из употребления; и вместо него был введён нынешний вид очищения – посредством единственной присяги самой стороны. Эта присяга использовалась в духовных судах, а также в уголовных делах церковной юрисдикции, как и в вопросах гражданского права: и тогда она обычно называлась присягой ex officio, из которой суд высшей комиссии, в частности, извлек самое экстравагантное и незаконное применение, образовав суд инквизиции, в котором все лица были обязаны отвечать в случаях простого подозрения, если члены комиссии считали правильным возбуждать против них дело ex officio за любые предполагаемые церковные чудовищности. Но когда суд высшей комиссии был упразднен статутом 16 Car. I. c. 11. эта присяга ex officio была отменена вместе с ним; и она также введена в действие статутом 13 Car. II. St. 1. c. 12. «что ни одному епископу или церковному судье не дозволено приносить кому-либо присягу ex officio или любую другую присягу, посредством которой сторона может быть обвинена или принуждена признаться, обвинить или оправдаться по какому-либо уголовному делу». Однако это не распространяется на присяги в гражданских делах, и поэтому как в духовных судах, так и в правосудии по-прежнему принято требовать личного ответа самой стороны под присягой. Однако, если в иске будет задан какой-либо вопрос, способствующий раскрытию какого-либо преступления, ответчик может возразить, как уже отмечалось, и отказаться отвечать.
Если ответчик проживает в пределах двадцати миль от Лондона, он должен быть приведен к присяге перед одним из магистров суда; если дальше, может быть dedimus potestatem или комиссия для принятия его ответа в сельской местности, где комиссары приводят его к обычной присяге; и затем, когда ответ запечатан, либо один из комиссаров доставляет его в суд; или он отправляется гонцом, который клянется, что получил его от одного из комиссаров, и что он не был открыт или изменен с тех пор, как он получил его. Ответ должен быть подписан адвокатом и должен либо отрицать, либо признавать все существенные части векселя; или он может признавать и уклоняться, то есть оправдывать или смягчать факты. Если одно из этого не сделано, ответ может быть отклонен из-за недостаточности, и ответчик должен быть вынужден представить более убедительный ответ. Ответчик не может требовать в этом своем ответе ничего, кроме того, чтобы его оставили в суде: если у него есть какие-либо основания просить против истца, он должен сделать это посредством подачи своего собственного оригинального иска, который называется встречным иском.
ПОСЛЕ подачи ответа истец, уплатив издержки, может внести поправки в свой счет, добавив новых участников, или новое дело, или и то, и другое, на основании новых сведений, предоставленных ему ответчиком; и ответчик обязан снова ответить на такой измененный счет. Но это должно быть сделано до того, как истец ответил на ответ ответчика, в котором инициируется рассмотрение дела; ибо впоследствии, если возникнет новое дело, которого ранее не было, он должен будет изложить его в дополнительном счете. Также может быть подан встречный иск, когда иск прекращается смертью одной из сторон; для того, чтобы возобновить разбирательство, без которого оно остается в тупике. Существует также встречный иск, когда лицо, которое должно долг или арендную плату одной из сторон в суде, но до определения этого он не знает, к какой стороне, желает, чтобы она подала иск, чтобы обеспечить себе безопасность в уплате. В этом последнем случае обычно постановляют, что деньги должны быть выплачены в пользу той из сторон, которой суд, заслушав дело, присудит их к уплате. Но это зависит от обстоятельств; истец также должен приложить к своему счету заявление, подтверждающее, что он не вступает в сговор ни с одной из сторон.
Если истец находит, что в ответе ответчика достаточно сведений, признаваемых им, для обоснования решения, он может перейти к слушанию дела только на основании иска и ответа. Но в этом случае он должен считать ответ ответчика истинным по всем пунктам. В противном случае истцу следует ответить на ответ в общем, утверждая, что его ответ истинен, определён и достаточен, а ответ ответчика – прямо противоположное; что он готов доказать, как это будет решено судом; на что ответчик возражает, утверждая то же самое со своей стороны; что является присоединением к спору по фактам. Доказать, какие именно факты – вот следующий вопрос.
ЭТО осуществляется путём допроса свидетелей и сбора их письменных показаний в соответствии с гражданским правом. Для этой цели составляются допросы, или письменные вопросы, которые, и только они, должны быть предложены и заданы свидетелям по делу. Эти допросы должны быть краткими и по существу, а не наводящими (например, «Вы не видели этого или не слышали того?»), поскольку в таком случае полученные по ним показания будут изъяты и не будут допущены к оглашению. Для допроса свидетелей в Лондоне или его окрестностях назначается дознаватель; но для свидетелей, проживающих в сельской местности, обычно поручается допросить четырёх дознавателей, по два с каждой стороны, или любых трёх или двух из них, для сбора показаний там. Если свидетели проживают за морем, может быть назначена комиссия для их допроса под их присягой, а если это иностранцы, то под присягой квалифицированных переводчиков. И считалось,72 что показания язычника, верующего в верховное существо, принятые уполномоченным самым торжественным образом в соответствии с обычаями его собственной страны, могут быть зачитаны в качестве доказательства.
Члены комиссии приносят присягу проводить допросы добросовестно и беспристрастно и не разглашать их результаты до публикации в канцелярии суда; их клерки также приносят присягу хранить тайну. Свидетели могут быть вызваны повесткой, как и в судах общего права, для явки и допроса. После снятия показаний они передаются в суд с той же тщательностью, с которой пересылается ответ ответчика.
Если свидетели спорного факта пожилые и немощные, то очень часто подают иск об увековечении показаний этих свидетелей, хотя и не зависит от иска; ведь, возможно, противник человека просто ждёт смерти кого-то из них, чтобы начать тяжбу. Чаще всего это происходит, когда земли завещаются от наследника по закону; и получатель завещания, чтобы увековечить показания свидетелей такого завещания, представляет в канцелярию иск против наследника и приводит в нём текст завещания дословно, намекая на то, что наследник склонен оспаривать его действительность. Затем, после ответа ответчика, они, как и в других случаях, приступают к разбирательству дела и допрашивают свидетелей завещания. После этого дело прекращается без вынесения какого-либо решения, и иск не предусматривает никаких выплат; но наследник имеет право на возмещение своих издержек, даже если он оспаривает завещание. Именно это обычно подразумевается под доказательством завещания в канцелярии.
КОГДА все свидетели допрошены, тогда, и не ранее, показания могут быть опубликованы по правилу о публикации; после чего они открыты для ознакомления всех сторон, и с них могут быть сняты копии. Тогда дело готово к назначению на слушание, которое может быть проведено по ходатайству истца или ответчика перед лордом-канцлером или хранителем списков, в соответствии с усмотрением клерка суда, определяемым характером и важностью иска, а также задержкой рассмотрения дел перед каждым из них соответственно. Относительно полномочий хранителя списков заслушивать и разрешать дела и его общих полномочий в канцелярском суде, были (несколько лет назад) различные вопросы и споры, вызвавшие очень бурное обсуждение; для успокоения которых было объявлено статутом 3 Go. II. c. 30., что все изданные им приказы и постановления, за исключением тех, которые по ходу суда были отнесены только к большой печати, должны считаться действительными; Тем не менее, они могут быть отклонены или изменены лордом-канцлером, и поэтому они не будут зарегистрированы до тех пор, пока не будут подписаны его светлостью. Любая из сторон может быть вызвана повесткой для слушания решения в назначенный день слушания; и тогда, если истец не явится, его иск отклоняется с возмещением судебных издержек; или, если ответчик не явится, против него будет вынесено постановление, которое будет окончательным, если он не оплатит судебные издержки истца и не представит уважительную причину обратного в назначенный суд день. Иск истца также может быть в любое время отклонен из-за отсутствия судебного преследования, что по своей природе является незаконным иском, если он допустит истечение трех сроков без продвижения дела.
Когда возникают встречные иски, поданным ответчиком против истца по первоначальному иску, их обычно стараются объединить, чтобы одно и то же слушание и одно и то же решение были приняты по обоим искам. Порядок рассмотрения дел в суде обычно следующий. Стороны с обеих сторон выступают в сопровождении своих адвокатов. Сначала вскрывается или кратко сокращается счет истца, а также ответ ответчика младшим адвокатом с каждой стороны. После этого ведущий адвокат истца излагает дело и спорные вопросы, а также вытекающие из них пункты справедливости. Затем показания, затребованные истцом, зачитываются одним из шести секретарей, и истец может также зачитать ту часть ответа ответчика, которую он считает существенной или удобной:73 и после этого остальные адвокаты истца высказывают свои замечания и аргументы. Затем адвокаты ответчика выполняют ту же процедуру для него, за исключением того, что они не могут зачитывать никакую часть его ответа; и адвокаты истца заслушиваются для ответа. Когда все заслушаны, суд выносит постановление, улаживая каждый пункт обсуждения в соответствии с принципами справедливости и доброй совести. Поскольку это постановление обычно очень длинное, его протокол составляется и зачитывается открыто в суде регистратором. Вопрос о судебных издержках, подлежащих возмещению каждой из сторон, здесь не рассматривается как вопрос права, а лишь как вопрос дискреционного права (согласно статуту 17 Рич. II. гл. 6) в зависимости от обстоятельств дела, которые представляются более или менее благоприятными для побеждённой стороны. Тем не менее, статут 15 Ген. IV. гл. 4, по-видимому, прямо указывает, что как убытки, так и судебные издержки должны быть возложены на ответчика, если он несправедливо пострадал в этом суде.
Постановление канцлера бывает либо промежуточным, либо окончательным. Очень редко случается, что первое постановление может быть окончательным или завершать дело; ибо, если какой-либо фактический вопрос вызывает серьёзные споры, этот суд настолько осознаёт недостаток письменных показаний, что не связывает стороны этим, а обычно направляет дело на рассмотрение присяжных; особенно таких важных фактов, как действительность завещания, является ли А наследником Б по закону, или существование modus decimandi или реального и незапамятного соглашения о десятине. Но, поскольку присяжные не могут быть вызваны в этот суд, факты обычно направляются на рассмотрение суда королевской скамьи или на выездную сессию по фиктивному вопросу. Ибо (чтобы привести это туда и поставить в тяжбу суть спора, и только её) имитируется предъявление иска, в котором мнимый истец заявляет, что заключил пари в 5 фунтов с ответчиком, что А является наследником по закону Б; а затем доказывает, что он им является; и предъявляет иск на 5 фунтов. Ответчик соглашается на пари, но доказывает, что А не является наследником Б; и вслед за этим этот вопрос присоединяется к делу, которое передается на рассмотрение из канцелярии: и, таким образом, вердикт присяжных определяет факт в суде справедливости. Эти мнимые споры, по-видимому, заимствованы из sponsio judgeis римлян:74 и также часто используются в судах, с согласия сторон, для определения какого-либо оспариваемого права без формальности судебного разбирательства, и тем самым экономят много времени и средств при решении дела.
Точно так же, если в ходе разбирательства возникает вопрос чисто юридического характера, например, создаётся ли по завещанию пожизненное или наследственное имущество, или будет ли будущий интерес, завещанный завещателем, действовать как остаточный или исполнительный завещательный акт, то этот суд обычно направляет его на рассмотрение судей суда королевской скамьи по делу, заявленному для этой цели; при этом принимаются во внимание все существенные факты, и вопрос права представляется на их решение; после этого судьи выслушивают его, торжественно аргументируясь адвокатами обеих сторон, и удостоверяют своё мнение канцлеру. И на основании этого свидетельства обычно выносится постановление.
ДРУГОЕ также замедляет завершение судебных решений. Часто приходится урегулировать длинные счета, расследовать обременения и долги, а также прояснить сотню мелких фактов, прежде чем постановление сможет быть полностью и достаточно справедливым. Эти вопросы всегда по решению суда при первом же слушании передаются на рассмотрение канцелярскому эксперту; эти расследования часто длятся годами; а затем он должен доложить суду о фактах, как он их видит. Этот доклад может быть принят к сведению, опровергнут и отменён; или же он может быть подтверждён и стать окончательным по решению суда.
Когда все вопросы рассмотрены и урегулированы, а все обращения к мастеру прекращены, дело снова передается на слушание по вопросам справедливости, сохраняющим свое значение; и выносится окончательное постановление, исполнение которого обеспечивается (при необходимости) арестом лица или секвестром имущества стороны. И если этим постановлением какая-либо из сторон считает себя ущемленной, она может подать прошение канцлеру о повторном слушании, независимо от того, рассматривалось ли дело перед его светлостью или любым из судей, заседающих от его имени, или перед мастером списков. Для того, кто бы ни слушал дело, это постановление канцлера, и оно должно быть подписано им до его регистрации;75 что, конечно, и делается, если только не требуется повторное слушание. Каждое прошение о повторном слушании должно быть подписано двумя адвокатами, обычно теми, кто был заинтересован в деле, удостоверяющими, что они понимают, что дело подлежит повторному слушанию. И при повторном слушании все доказательства, принятые по делу, независимо от того, были ли они зачитаны ранее или нет, теперь допускаются к зачитыванию, поскольку это постановление самого канцлера, который сейчас заседает только для того, чтобы выслушать причины, по которым оно не должно быть внесено в протокол и дополнено; в это время все пропуски в доказательствах или аргументах могут быть восполнены.76 Но после того, как постановление подписано и внесено в протокол, его нельзя переслушать или исправить, кроме как путем пересмотра или апелляции в палату лордов.
Апелляция о пересмотре решения может быть подана в случае очевидной ошибки в решении, указанной на лицевой стороне постановления; или, по особому разрешению суда, на основании под присягой, подтверждающей открытие новых обстоятельств или доказательств, которые невозможно было получить или использовать на момент вынесения постановления. Однако никакие новые доказательства или обстоятельства, известные сторонам на тот момент и которые могли быть использованы ранее, не могут быть достаточным основанием для апелляции о пересмотре решения.
Апелляция в парламент, то есть в палату лордов, является последним средством правовой защиты подданного, считающего, что его права ущемлены каким-либо промежуточным постановлением или окончательным решением этого суда; и это осуществляется посредством петиции в палату пэров, а не посредством судебного приказа об ошибке, как в случае судебных решений по общему праву. Эта юрисдикция, как говорят, возникла в 18 году от Р.Х. I. и, конечно, первая петиция, которая появляется в протоколах парламента, была удовлетворена в том году;78 и первая, которая была услышана и решена (хотя название апелляции было тогда новинкой), была представлена через несколько месяцев:79 оба были направлены против лорда-хранителя Бэкона за коррупцию и другие проступки. Впоследствии они горячо оспаривались палатой общин во время правления Карла II.80 Но этот спор сейчас утих:81 поскольку для разума всего человечества очевидно, что, когда суды справедливости стали главными трибуналами для решения дел о собственности, пересмотр их постановлений (путем апелляции) стал столь же необходимым, как и судебный приказ об ошибке из решения суда. И, по тому же принципу, из постановлений канцлера, касающихся комиссаров по роспуску капелл и т. д. в соответствии со статутом 37 Генриха VIII. гл. 4. (а также для благотворительных целей в соответствии со статутом 43 Элиз. гл. 4) апелляция к королю в парламенте всегда, безусловно, допускалась.82 Но никакие новые доказательства не принимаются в палате лордов ни при каких обстоятельствах, поскольку это отдельная юрисдикция:83 что весьма существенно отличает её от тех случаев, когда та же юрисдикция пересматривает и исправляет свои собственные акты, как, например, при повторных слушаниях и законопроектах о пересмотре. Ибо это практика, неизвестная нашему праву (хотя постоянно применяемая в духовных судах), когда высший суд пересматривает приговор низшего суда, чтобы проверить справедливость предыдущего постановления на основании доказательств, которые никогда не были представлены ниже. Это общий метод разбирательства в судах справедливости.
КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ.
ЗАМЕТКИ Блэкстоуна (примечания Такера пока не добавлены)
1. гл. 4 и 6.
2. стр. 49 и т. д.
3. F. N. B. 27.
4. Cro. Jac. 641. 2 Lev. 163. T. Jones. 90.
5. См. книгу I. гл. 8.
6. 3 P. Wms. 108.
7. char. uses Дьюка. 62. 128. Корпорация Берфорда против Ленталла. Канзас. 9 мая 1743 г.
8. 2 Vern. 118.
9. Хаггинс против Yorkbuildings Company. Канзас. 24 октября 1740 г. Рив против генерального прокурора. Канзас. 27 ноября 1741 г. Лайтбоун против генерального прокурора. Канзас. 2 мая 1743 г.
10. Том. Я. Введение. § 2 и 3. ad cak.
11. Лорд Каймс. принц. капитала. 44.
12. См. Том. II. гл. 23. стр. 378.
13. Там же. гл. 15. стр. 243, 244, гл. 23. стр. 377.
14. Там же. гл. 14. стр. 208.
15. Там же. стр. 227.
16. См. стр. 300.
17. Фф. 40. 9. 12.
18. Лорд Каймс, принц, всадник. 177.
19. Эквитат. § 3.
20. 1 рулон. абр. 374. 4 Inst. 84. 10 Mod. l.
21. Книга II. гл. 20.
22. См. стр. 162.
23. Это утверждает г-н Селден (Tabletalk. tit. justice.) скорее с юмором, чем с правдой. «Что касается права, у нас есть мера, и мы знаем, чему доверять: справедливость соответствует совести канцлера; и как она больше или уже, такова и справедливость. Всё равно, как если бы они сделали мерой для меры ступню канцлера. Какая ненадёжная была бы эта мера! У одного канцлера длинная ступня, у другого короткая, у третьего ступня не очень. То же самое и с совестью канцлера».
24. 2 P. Wms. 640. См. том II. стр. 337.
25. Salk. 154.
26. 2 Vern. 289. 316. 3 Atk. 520.
27. См. дело Фостера и Мунта, 1 Vern. 473. относительно нераспределенного остатка движимого имущества.
28. То, что многие судьи высших трибуналов решают на основании канона законов, один лишь канцлер (если того требует случай) ограничивает по своему желанию; он также не связан постановлениями своего суда или своими собственными, но, когда появляются новые основания, он может пересмотреть, изменить или удалить все, что пожелает, как сочтет нужным его благоразумие. (глоссарий 108.)
29. См. стр. 53. 54.
30. Археон. 71, 72, 73.
31. выше.
32. В августе исчез. 1. 8. ок. 3.
33. См. т. II. стр. 456,
34. 2 рис. 239.
35. Мы должны думать и говорить о законе природы, о законе римского народа, который остался и передан по наследству. (Cic. de. Leg. l. 3. ad calc.)
36. См. т. I. стр. 253.
37. Рикорд против Леттенхэма. Тр. 5 Геодезический III. Б. Р.
38. См. т. I. стр. 75. Т. II. когда. 459. 461. 467.
39. См. т. II. когда. 513.
40. Там же. 504.
41. Там же. 463.
42. 1-е заседание суда первой инстанции, 57.
43. 2-е заседание суда первой инстанции, 145.
44. 2-е заседание суда второй инстанции, 152.
45. 1-е заседание суда первой инстанции, апрель, 367.
46. 2-е заседание суда второй инстанции, 277.
47. Там же. 638.
48. 2-е заседание суда второй инстанции, 57. Дело 46.
49. 3 P. Wms. 148. Ежегодник, 22 Edw. IV. 37. табл. 21.
50. 1 Eq. Cas. 16 апр.
51. 3 P. Wms. 215.
52. 1 Ch. Rep. 14. 2 Chan. Cas. 32.
53. 1 Vern. 308. Prec. Chan. 261. 1 P. Wms. 672. Stra. 404.
54. 2 P. Wms. 156.
55. 2 Vern. 32. 1 P. Wms. 239.
56. 1 Vern. 237.
57. 2 Vern. 84.
58. 1 Eq. Cas. Апрель 337.
59. 2 стр. Wms. 645. 668, 669.
60. См. стр. 433.
61. Archaeon. 71. 73.
62. 2 стр. Wms. 685, 686.
63. См. стр. 53. 54. 55.
64. Gilbert of ejectm. 2. 2 Bac. Апрель 160.
65. Bro. Apr. t. holding by copys. 10. Litt. § 77.
66. См. стр. 200.
67. Smith's commonw. b. 2. c. 12.
68. Stat. 14 и 15 Hen. VIII. c. 8.
69. стр. 50.
70. 1 Верн. 421.
71. В этом суде человек не будет ущемлен из-за неправильного залога или явного дефекта формы, но только из-за veryte del mater: ибо он должен руководствоваться только совестью, а не ex rigore juris. (Разнообразие судов. изд. 1534 г. л. 296, 297. Bro. Abr. t. justice. 50.)
72. Омихунд против Баркера. 1 Atk. 21.
73. В судебном разбирательстве, если истец зачитывает какую-либо часть ответа ответчика, он должен прочитать его полностью, поскольку, зачитывая любую часть, он демонстрирует свою уверенность в истинности показаний ответчика и делает весь его ответ доказательством.
74. Судебное обещание хорошо известно: «Пообещаешь ли ты пятьсот, если это моё? Я обещаю, если это твоё. И пообещаешь ли ты пятьсот, если это не твоё? Я обещаю, если это не моё». См. Heinecc. Antiquitat. l. 3. t. 16. § 3. & Sigon. de judiciis l. 21. p. 466. cit. ibid.
75. Стат. 3 Гео. II. в. 30. См. стр. 450.
76. Гилб. Реп. 151, 152.
77. Ком. путешествовать. 13 марта 1704 г.
78. Путешествие Господне. 23 марта 1620 г.
79. Там же. 3, 11, 12 декабря 1621 г.
80. Ком. путешествовать. 19 ноября 1675 г. и т. д.
81. Шоу. Парл. С. 81.
82. Герцогский чар. использует. 62.
83. Гилб. Реп. 155, 156.